Страницы: 1 \ \ 3 \ 4

Тюремные новости:

Мы вам что-нибудь смягчим.

Президент предложил облегчить «предпринимательские» статьи УК.

В Госдуму поступил проект поправок в УК, снова несущий поблажки бизнесу. Автором законодательной инициативы стал президент Владимир Путин. Одно из предложенных нововведений — изменение ст. 76.1 УК («Освобождение от уголовной ответственности по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности»), которое предлагает прекращение уголовных дел по незначительным экономическим преступлениям с условием, что обвиняемый полностью возместил причиненный вред.

На данный момент в этой статье уже обозначены налоговые преступления, и законопроект предлагает дополнить их большой частью «мошеннических» дел. Речь идет о самых мягких составах статей 159.1–159.6, которые устанавливают ответственность за мошенничество с кредитами и страховками, а также за махинации с использованием электронных платежных систем и компьютерной информации. Изменения коснутся и ответственности за мошенничество в сфере предпринимательства, сейчас описанной в ч. 5–7 ст. 159 УК. Наказание будет мягче за некоторые случаи растраты (ч. 1 ст. 160 УК) и причинение имущественного ущерба путем обмана (ч. 1 ст. 165 УК).

В пояснительной записке указано, что проект направлен на «дальнейшее формирование благоприятного делового климата в стране, сокращение рисков ведения предпринимательской деятельности, а также на создание дополнительных гарантий защиты предпринимателей от необоснованного уголовного преследования».

Звучит все замечательно. Но вряд ли что-то изменится. За «смягченные» преступления, о которых идет речь в поправках, и до этого не сажали (либо штраф, либо исправработы). Потому что большим «спросом» у силовиков пользуется любимая ч. 4 ст. 159 УК («Мошенничество в особо крупном размере» — размер же или группу лиц по предварительному сговору «нарисовать» всегда возможно).

И ее как раз никакие изменения не затрагивают. А статья — «резиновая», и заводились по ней тысячи уголовных дел. И будут заводиться.

Потому СИЗО как были переполнены закошмаренными коммерсантами, не пожелавшими платить за «крышу» или не захотевшими, чтобы их бизнес отжали, так и будут ими наполняться.

«Это очередное коррупционное поле деятельности. Просто расширили кормовую базу для силовиков», — полагает адвокат Мария Серновец.

«Это не смягчение, а имитация смягчения, — говорит краснодарский адвокат Михаил Беньяш. — Властям для реальной гуманизации нужно запретить сажать людей по экономическим статьям. Все. Когда мы, адвокаты, в судах говорим: «Как же так, вы закрываете людей по предпринимательской деятельности», следствие, прокуроры и судьи в ответ: «Это не предпринимательская деятельность». Трактуют, как им удобно».

Многие юристы сходятся во мнении: лучше, если бы президент вместе с членами ОНК хоть раз посетил СИЗО, переполненные «экономическими».

Или посетил какой-нибудь Тверской или Басманный суд в Москве и собственным глазами увидел, как выносятся однотипные решения об арестах предпринимателей при всем разнообразии альтернативных мер пресечения.

Да, в сфере бизнеса люди не ангелы, и иногда они действительно совершают преступления. Вопрос лишь в том, чтобы они получали то наказание, которое прописано в законе, а не то, которое придумали для них следствие и суд.

Уклониться от смягчающих поправок силовикам несложно. Чтобы «закрыть» предпринимателей, к предъявленным экономическим статьям достаточно добавить «тяжелую» 210 статью УК («Организация преступного сообщества»).

Что же касается огромных сумм ущерба, то зачастую фантазия следствия в этом вопросе безразмерна.

«Например, по делам, связанным с хищениями в ходе строительства и поставок услуг для госнужд, следователи сумму ущерба вообще с потолка берут, — говорит адвокат Руслан Коблев. — Больше ущерб — больше резонанс, а затем в суде выясняется, что ущерб три рубля».

В «деле ЮКОСа», как сейчас помню, в одном из эпизодов было прописано хищение более 60 триллионов долларов США. Защита и обвиняемые пытались объяснить следователям, что вообще-то это более 500 годовых бюджетов РФ и похитить столько нереально.

«Что, совсем много нулей написано?» — спросили следователи и в итоге 12 нулей решили зачеркнуть.

Адвокат Михаил Беньяш обращает внимание, что в российском законодательстве квалифицирующие размеры ущерба вообще не менялись 15 лет:

«Вот как был в 2003 году крупный ущерб в 250 тысяч рублей, так и остался в 2018 году таким же. Особо крупный ущерб был миллион рублей, спустя 15 лет остался прежним. Представляете, что за это время инфляция сделала с этими суммами? Реально полстраны можно пересажать. У нас Первый изолятор в Краснодаре забит коммерсантами. На любые гражданские правоотношения можно «натянуть» мошенничество и отправить человека в тюрьму даже за «крупный ущерб» в 250 тысяч рублей. Поэтому надо менять квалифицирующий размер ущерба, увеличивать его».

Второе нововведение от президента — ужесточение требований к изъятию силовиками электронных носителей информации. Поправки запрещают это действие без решения суда. Но и тут есть оговорки: если следствие придет к мнению, что есть риск использования техники «для продолжения криминальной деятельности» или на технике есть информация, которую владелец не имеет права хранить, то можно все и без суда. Как думаете, к какому мнению придет следствие?


Первоисточник: novayagazeta.ru

 

Камерное чтение.

Следователей обяжут называть причины для продления ареста по законченному делу.


Комитет Госдумы по государственному строительству и законодательству рекомендовал принять во втором чтении законопроект, регламентирующий продление ареста после окончания расследования.

Речь о ситуациях, когда следствие поставило точку, но дело в суд еще не передано, так как обвиняемый знакомится с уголовным делом. Законопроект вводит четкие правила, например, следователю придется объяснять причины, по которым необходимо продление ареста. Необходимость читать дело само по себе не повод, ведь изучить материалы обвиняемый может и дома, например, под домашним арестом.

Кроме того, суд каждый раз будет устанавливать конкретный срок продления ареста.

Как сообщил председатель комитета Павел Крашенинников, проект направлен на пресечение злоупотреблений возможностью многократного продления срока содержания обвиняемого под стражей в период ознакомления с уголовным делом.

Инициативу внесло в Госдуму правительство страны. По расчетам разработчиков проекта, срок чтения уголовных дел у арестованных может составлять до 7-10 месяцев. Иногда и больше. Ведь бывает, что следствие собрало несколько десятков томов, и все надо досконально изучить вместе с адвокатом.

По оценкам Федеральной службы исполнения наказаний России, в общем количестве содержащихся в следственных изоляторах обвиняемых до 25-30 процентов составляют лица, которым сроки продлевались именно в связи с ознакомлением с материалами уголовного дела.

По данным тюремного ведомства, примерно от 25 до 30 процентов сидельцев в СИЗО находятся на стадии изучения материалов уголовного дела

Проект предусматривает, что теперь в решениях о продлении ареста для чтения уголовного дела будет указываться конкретный срок - до трех месяцев. Если не хватит, опять продлят. При этом каждый раз суд должен изучать, не отпали ли причины, по которым человека взяли под арест. Возможно, его вполне можно отпустить под домашний арест или под залог. Как указал в свое время Конституционный суд, неоднократное продление сроков только со ссылкой на одну лишь необходимость ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела противоречит конституционному требованию о недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности содержания под стражей.

Судом отмечалось, что при продлении сроков необходимо учитывать обстоятельства, обосновывающие содержание обвиняемого под стражей: возможность давления на свидетелей, опасность, что лицо скроется от правосудия, и т.п. Также надо учитывать сложность дела и другие обстоятельства.

- Необходимо отметить, что эти изменения не отменяют возможности изменения в отношении обвиняемого меры пресечения на иную, более мягкую, либо установления судом срока продления меры пресечения менее чем на 3 месяца, - отметил Павел Крашенинников.

Кроме того, сейчас в Госдуме рассматривается еще один проект поправок в УПК, связанный с вопросами продления ареста. В нем речь идет о гражданах, в отношении которых расследование еще продолжается. Инициатива также обязывает следователей мотивировать свои ходатайства о продлении ареста. Документ внес в Госдуму Верховный суд России.

Если в качестве мотивов следствие укажет на необходимость проведения каких-то процессуальных действий (допросов, очных ставок, следственных экспериментов и прочее), то оно должно будет объяснить, почему не сделало это раньше. Вполне вероятно, что у следователей были резоны подождать: надо будет только доказать это суду.

Согласно судебной статистике при ходатайстве об аресте удовлетворяется обычно 9 из 10 просьб следствия. Когда же надо продлевать арест, то здесь суды говорят "да" примерно в 98 процентах случаев. Верховный суд России не раз обращал внимание нижестоящих инстанций, что и решение об аресте, и продление ареста всегда должны быть мотивированы.

Поэтому рассматриваемые инициативы призваны ввести более четкие правила.

Первоисточник: rg.ru

 

Незачем сидеть.

Суды стали чаще возвращать дела прокурору или прекращать их.

Свежие данные Судебного департамента при Верховном суде России: более 14 тысяч человек попали за полгода под действие новых гуманных правил. Они были освобождены от уголовной ответственности, так как раскаялись и загладили ущерб.

В целом статистика, если в ней разобраться, опровергает расхожее мнение о якобы обвинительном уклоне правосудия. Наши подходы во многом мягче, чем в других развитых странах. При этом, как ни парадоксально, чистых оправдательных приговоров действительно немного. Но тут все дело в некоторых наших юридических особенностях: когда человек не виноват, его не всегда оправдывают, но при этом и не осуждают. Дело просто прекращается.

Всего за полгода из следственных изоляторов были выпущены без судимости более 6,3 тысячи человек. Они были либо оправданы, либо их дела прекращены по самым разным основаниям. Еще тенденция - суды стали чаще возвращать дела прокурору. По данным Судебного департамента, в этом году это случилось 6,3 тысячи раз. Для сравнения: в прошлом году за шесть месяцев суды вернули 5,9 тысячи дел. При этом самих дел в суды поступило меньше, так что по факту получается, что суды стали гораздо строже относиться к обвинению.

По словам экспертов, на практике нередко бывает, что возвращенное в прокуратуру дело тихо там и умирает. Все как бы остаются при своих: человек не осужден, но и правоохранители вроде бы не проиграли в суде. Конечно, возврат не означает, что о деле забудут. Иногда следствие проводит работу над ошибками и вновь выдвигает обвинения.

Как бы то ни было, низкое число оправдательных приговоров, по словам экспертов, не показатель суровости нашей системы.

"В США, например, до судебного разбирательства доходит лишь небольшой процент дел, там, где обвиняемый намерен стоять до конца, - рассказал "РГ" один из экспертов. - В основном еще на предварительной стадии происходит торг между обвинением и защитой, и роль адвокатов - выторговать для клиента условия получше. У нас такой торговли не предусмотрено. Если человек признает вину, он может согласиться на особую процедуру, то есть упрощенный порядок, и тогда ему гарантируется смягчение наказания. Но оправдательного приговора в таком случае быть не может, человек и не отрицает, что виноват".

Всего за полгода было осуждено почти 339 тысяч человек. Из них почти 240 тысяч были осуждены в особом порядке. Так что в рамках обычного разбирательства получили обвинительный приговор примерно 79 тысяч человек. На этом фоне цифры оправдательных приговоров и закрытых дел выглядят совсем по-другому. 1,8 тысячи человек были оправданы, как говорится, вчистую. Из них 986 человек получили оправдательные приговоры. Дела остальных были закрыты за отсутствием события или состава преступления. То есть это было почти то же самое, что и оправдательный приговор. Еще дела часто закрывались по нереабилитирующим причинам, то есть человек не оправдан, но его решено не судить.

Всего были прекращены дела 94,6 тысячи граждан. По самым разным причинам. Например, активно заработали новые правила: человека, впервые совершившего нетяжкое преступление, можно освободить от уголовной ответственности, если он раскаялся и возместил ущерб. При этом суд назначит ему штраф, но судимости у человека не будет. Под такие нормы попали более 14,2 тысячи человек.

Плюс такой системы в том, что она не ставит черное пятно в биографии человека. Формально судимости у него нет. Ведь справка с клеймом калечит жизнь хуже, чем тюрьма. Из тюрьмы еще можно выйти. А со справкой о судимости человек до конца дней будет неполноценным. Хорошая работа, успешная карьера - это не для него. Из-за одной ошибки или случайности даже приличный член общества официально становится изгоем. Например, человек, совершивший по неосторожности ДТП или превысивший пределы необходимой обороны и покалечивший напавшего на него хулигана, не сможет работать даже клоуном в цирке. Так как заведения культуры в запретном списке для судимых, рассказывают эксперты.

Куда податься таким людям? Грабить и воровать? Не вариант, хочется верить. Правда, как рассказывают эксперты, чтобы новые правила дали нужный эффект, было бы хорошо в том числе изменить формат справок о судимости. Там указываются и данные даже о закрытых делах, прекращенных по нереабилитирующим обстоятельствам. Скажем, по амнистии, примирению сторон и прочее. То есть человек в принципе виноват, но по каким-то причинам не был наказан. То, что человек обвинялся, но его дело закрыто по новым правилам, тоже попадает в справки, и это повод для некоторых работодателей отвернуться от такого кандидата.

Другая тенденция: суды стали чаще применять домашний арест, а следствие теперь реже просит отправить фигуранта в следственный изолятор. По данным Судебного департамента, за шесть месяцев суды рассмотрели 57,7 тысячи ходатайств о назначении ареста и в 51,5 тысячи раз сказали "да". Для сравнения: в прошлом году за шесть месяцев было подано 64,1 тысячи ходатайств об аресте. "Да" было сказано 57,6 тысячи раз.

Руководители судебной системы не раз говорили, что арест должен применяться только в крайних случаях. Например, когда есть большой риск, что человек скроется. Или он может надавить на свидетелей. Причем такие опасения надо доказывать. В большинстве же своем предлагается применять гуманные меры пресечения: домашний арест, залог. В этом году домашний арест назначался 6,5 тысячи раз.

Первоисточник: rg.ru

 

Особые причины.

Следователей обяжут мотивировать продление ареста.

Госдума готовит к рассмотрению несколько инициатив, которые вводят более строгие правила для продления арестов. Главный принцип: следствие должно будет объяснить суду, зачем человека надо и дальше держать под стражей.

В ближайшее время Госдума планирует рассмотреть в первом чтении проект поправок в УПК, регламентирующий продление ареста в тех случаях, когда расследование закончено и обвиняемый читает свое уголовное дело. Документ внесло в парламент правительство страны.

Как отмечают эксперты, сегодня вопрос продления ареста в таких ситуациях толком не урегулирован. В результате получается, что человека оставляют за решеткой лишь по той одной причине, что он не дочитал свое уголовное дело. У следствия к обвиняемому вопросов больше нет, суд его дело еще не получил. Есть ли необходимость держать человека в СИЗО? Иногда - да, иногда нет. Но этот вопрос надо изучать.

Теперь предлагается дополнить УПК нормой, что в ходатайстве должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, подтверждающие необходимость дальнейшего применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Проще говоря, правоохранители должны привести конкретные причины. Например, что человек может скрыться от правосудия. Или есть риск, что он надавит на свидетелей. При этом надо не просто перечислить типовые причины, но привести доказательства.Как указал в свое время Конституционный суд, неоднократное продление сроков только со ссылкой на одну лишь необходимость ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела противоречит конституционному требованию о недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности содержания под стражей.

По расчетам разработчиков проекта, срок чтения уголовных дел у арестованных может составлять до 7-10 месяцев. Иногда и больше. Ведь бывает, что следствие собрало несколько десятков томов, и все надо досконально изучить вместе с адвокатом.

По оценкам Федеральной службы исполнения наказаний России, в общем количестве содержащихся в следственных изоляторах обвиняемых, до 25-30 процентов составляют лица, которым сроки продлевались именно в связи с ознакомлением с материалами уголовного дела.

Проект предусматривает, что теперь в решениях о продлении ареста для чтения уголовного дела будет указываться конкретный срок - до трех месяцев. Если не хватит, опять продлят. При этом каждый раз суд должен изучать, не отпали ли причины, по которым человека взяли под арест. Возможно, его вполне можно отпустить под домашний арест или под залог.

"Реализация законопроекта позволит исключить вероятность произвольного и несоразмерного ограничения, основанного на Конституции Российской Федерации, права на свободу и личную неприкосновенность, а также сократить сроки ознакомления содержащихся под стражей обвиняемых с материалами уголовного дела", - говорится в пояснительной записке.

Кроме того, сейчас в Госдуме рассматривается еще один проект поправок в УПК, связанный с вопросами продления ареста. В нем речь идет о гражданах, в отношении которых расследование еще продолжается. Инициатива также обязывает следователей мотивировать свои ходатайства о продлении ареста. Документ внес в Госдуму Верховный суд России, и уже принят в первом чтении.

Если в качестве мотивов следствие укажет на необходимость проведения каких-то процессуальных действий (допросов, очных ставок, следственных экспериментов и прочее), то оно должно будет объяснить, почему не сделало раньше. Вполне вероятно, что у следователей были резоны подождать: надо будет только доказать это суду.

Кроме того, следователям придется отчитаться перед судьей и об уже проведенных действиях - например, допросах и экспертизах после ареста или последнего продления срока содержания под стражей. Не лежало ли дело без движения, пока человек сидел? Так что постоянно продлевать, ссылаясь на необходимость проведения одних и тех же действий, не получится.

Сейчас инициатива готовится ко второму чтению, правительство страны уже подготовило свои предложения по окончательной редакции документа.

Согласно судебной статистике, при ходатайстве об аресте удовлетворяется обычно 9 из 10 просьб следствия. Когда же надо продлевать арест, то здесь суды говорят "да" примерно в 98 процентах случаев. Верховный суд России не раз обращал внимание нижестоящих инстанций, что и решение об аресте, и продление ареста всегда должны быть мотивированы. Автоматизма здесь быть не должно. По словам экспертов, предлагаемые поправки позволят исключить факты продления ареста, когда следствие действовало неэффективно и неторопливо.

Первоисточник: rg.ru

 

Сколько стоит день в камере.

Разъяснены правила компенсации за незаконное уголовное дело.

Важные подсчеты сделала Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ, когда изучала требования гражданина о компенсации его моральных страданий за незаконное уголовное преследование.

Житель Санкт-Петербурга был арестован, его обвинили в тяжком уголовном преступлении и поместили в камеру следственного изолятора.

Спустя три года и два месяца двери камеры открыли и гражданина отпустили на волю со словами: извини, мужик, ошибочка вышла.

Суд признал за человеком право на реабилитацию. И вчерашний подозреваемый пошел в суд с иском о компенсации ему морального вреда. Районный суд согласился, что гражданин незаконно пострадал и право на компенсацию имеет, но запрошенная им сумма в два миллиона триста тысяч рублей судью не устроила, и он очень сильно ее урезал.

Вышестоящая инстанция с таким расчетом коллеги согласилась.

А вот сам истец на меньшее был не согласен.

Он обратился в Верховный суд, который посчитал его аргументы и обоснования запрошенной суммы заслуживающими внимания. Итог - Верховный суд сам пересчитал деньги за незаконное уголовное преследование и велел их выплатить вчерашнему заключенному столько, сколько он попросил. Подчеркнем, такие решения Верховного суда РФ - самому выносить вердикт - высокая судебная инстанция принимает крайне редко.

В районном суде вчерашний заключенный, называя сумму компенсации, высчитал ее так - ему должны заплатить по две тысячи рублей за каждый день, проведенный на нарах под стражей. Но у районного суда был другой расчет - истцу вполне хватит 150 тысяч рублей за весь срок. И ни копейки больше. Апелляция возражать против подсчета своих коллег не стала. А вот Верховный суд РФ с таким расчетом не согласился.

Моральные страдания, по мнению районного суда, были у человека потому, что он "не мог навещать родных, которые нуждались в уходе". А вот доводы арестанта, что за годы заключения в камере следственного изолятора он утратил социальные связи, не мог создать семью, так как был в изоляции, суд отмел - по его мнению нет доказательств.

Верховный же суд увидел в этом споре следующее - по Конституции (статья 53) каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного действиями или бездействием органов государственной власти или их должностных лиц.

Про компенсацию за незаконное пребывание в камере говорит и статья 1100 Гражданского кодекса.

Плюс к этому о компенсации морального вреда говорит и 151-я статья того же Гражданского кодекса РФ. В этой статье сказано, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий.

Верховный суд РФ еще напомнил, что по компенсации морального вреда гражданам был специальный пленум Верховного суда РФ (№ 10 от 20 декабря 1994 года). Там было разъяснено, от чего именно зависит размер такой компенсации, а от чего - не зависит.

Высокая судебная инстанция напомнила коллегам о том, что наша страна - участник Конвенции о защите прав человека. Мы ее ратифицировали. В Конвенции о защите прав человека сказано, что каждый имеет право на уважение к своей личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции. Кстати, в Конвенции четко расписано, что подразумевается под понятием "семейная жизнь" - это не только отношения между супругами, но и отношения гражданина со своими детьми и с родителями.

По мнению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РФ , местные суды даже не вспомнили про Конвенцию о защите прав человека и не вспомнили про разъяснения пленума Верховного суда.

Истец, как увидела Судебная коллегия из материалов дела, поддерживал близкие семейные отношения со своими родителями. Он им помогал материально, так как они нетрудоспособные и нуждаются в помощи.

Естественно, из-за незаконного обвинения он надолго был лишен возможности помогать своим старикам. А еще у гражданина на иждивении есть сын-студент. Посаженный в камеру отец, подчеркнул Верховный суд, не мог заботиться о сыне и общаться с ним. Причем, как заявил высокий суд, длительное время.

Эти обстоятельства, по мнению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда, сомнений не вызывают, и их надо было учитывать при решении вопроса о размере компенсации морального вреда. Но местные суды это проигнорировали.

Суды ограничились суждением, что нравственные страдания были у вчерашнего заключенного лишь от невозможности навещать родных, которым нужен был постоянный уход. Все остальные обстоятельства не учитывались. Хотя пленум Пленум Верховного суда РФ перечислил, в чем заключаются нравственные переживания: это невозможность продолжать активную общественную жизнь, раскрытие семейной и врачебной тайны, страдают от распространения порочащих сведений. Сюда же добавлены ограничение или лишение каких-либо прав. В общем, список всего того, что точно приносит гражданину нравственные мучения и страдания, довольно большой.

Верховный суд подчеркнул - требования истца были абсолютно четко мотивированны. Но суды их почему-то не учли. Не заметили они и то, что истец никогда до этого не привлекался к ответственности, был добропорядочным членом общества, работал. Для такого человека камера следственного изолятора и серьезные обвинения в преступлении были "существенным психотравмирующим фактором".

Истец в своем заявлении в суд как примеры выплат определенных сумм, привел дела россиян, рассмотренные Европейским судом по правам человека. Все дела, которые он перечислил - аналогичные его делу. В них речь шла о компенсациях незаконно обвиненных.

В своем иске наш герой указал, сколько каждому заявителю присудил Европейский суд. Верховный суд РФ подчеркнул, "именно с учетом сложившейся практики Европейского суда по правам человека истец просил взыскать компенсацию из расчета 2 тысячи рублей за сутки содержания под стражей". А вот местные суды посчитали, что вчерашнему заключенному вполне достаточно заплатить по 132 рубля за каждые сутки ареста.

По мнению высокого суда, такая мизерная сумма за 38 месяцев под стражей является "явно несправедливой". Верховный суд РФ отменил все решения местных судов и велел заплатить истцу именно столько, сколько он попросил.

Первоисточник rg.ru

 

Бизнесменов отсадят от уголовников.

В СИЗО появятся отдельные блоки для предпринимателей.

Содержащиеся в СИЗО подозреваемые и обвиняемые по экономическим преступлениям будут сидеть отдельно от остальных преступников. Об этом сообщили “Ъ” во ФСИН России, уточнив, что речь идет об «отдельных корпусах и блоках учреждения». Это делается с целью исключения контактов с уголовниками, которые могут оказывать давление на предпринимателей. Накануне о подобном разделении заявил бизнес-омбудсмен Борис Титов. При этом он также говорил про отдельные блоки в колониях, однако во ФСИН России не стали это подтверждать.

Как сообщили “Ъ” в пресс-службе ФСИН, руководство ведомства приняло решение о реализации проекта по раздельному содержанию подозреваемых и обвиняемых исходя из инкриминируемых им статей УК РФ. «В следственных изоляторах УФСИН России по Москве апробируется проект по содержанию подозреваемых, обвиняемых по экономическим преступлениям (в первую очередь предпринимателей), в отдельных корпусах и блоках учреждения»,— рассказали в ведомстве. На вопрос о причинах такого шага в пенитенциарном ведомстве уточнили, что это необходимо для исключения контактов предпринимателей с подозреваемыми и обвиняемыми в совершении тяжелых преступлений, в том числе против личности. «Эксперимент осуществляется в рамках действующего законодательства»,— подчеркнули представители ФСИН России.

С просьбой к ФСИН России оградить «в тюрьмах» предпринимателей от криминала выступил уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов. Об этом он в понедельник рассказал в рамках Восточного экономического форума. «Мы обращались во ФСИН с таким предложением, поскольку это огромная проблема, когда заключенные по экономическим статьям сидят вместе с уголовниками,— сообщил господин Титов.— И бизнесу всегда тяжелее сидеть в тюрьме, особенно в колонии, даже не в СИЗО».

Кроме того, у бизнес-омбудсмена была идея сделать отдельное пенитенциарное учреждение для предпринимателей, но, по его словам, в ведомстве пояснили, что для этого нужны крупные инвестиции.

Бизнес-омбудсмен подчеркивает, что благодарен ФСИН за решение: «Это серьезно изменит ситуацию для бизнеса, будет намного проще решать свои вопросы». По его словам, обвиняемых в экономических преступлениях «обычно сажают в тяжелые условия, чтобы выбить признания, с уголовниками, в курящие камеры, устраивают им невыносимые условия, и тогда все это сильно влияет на бизнес и заставляет принимать неправильные для себя решения».

«Часто уголовники, как только видят, что в их камере появляется предприниматель (называют его обычно "сладкая булочка"), первым делом пытаются вымогать у него деньги»,— рассказала “Ъ” зампред ОНК Москвы Ева Меркачева. Основатель соцсети Gulagu.net Владимир Осечкин добавил, что оперативники СИЗО предлагают «смотрящим» за изолятором за взятку перевести арестованных бизнесменов к ним в камеры. Однако эксперт фонда «В защиту прав заключенных» Петр Курьянов полагает, что и в случае разделения поборов не избежать. «Будут теперь вытаскивать из них все, что можно вытянуть: это гуманитарная помощь, краска, строительные материалы для СИЗО, компьютеры, техника. В общем, деньги, другими словами. Это то же самое подобие VIP-камер для тех, кто может платить»,— отметил “Ъ” господин Курьянов.

Напомним, в начале этого года в московском СИЗО «Матросская Тишина» были обнаружены VIP-камеры с хорошим ремонтом. ГСУ СКР по Москве заявило после проверки, что камеры заключенные ремонтировали добровольно, все материалы поступали в изолятор по накладным. Финансировал работы, в частности, известный решальщик Дионисий Золотов, обвиняемый в мошенничестве. Кроме камер на средства Дионисия Золотова были отремонтированы спортзал и прачечная, куда были закуплены новые стиральные и сушильные машины.

Первоисточник: kommersant.ru

 

Воля станет ближе.

При пересчете наказания по новым правилам 90 тысячам осужденным будут сокращены сроки в среднем на полгода-год.

Уточненные данные сообщил агентству ТАСС заместитель директора Федеральной службы исполнения наказаний Валерий Максименко.

Напомним, теперь дни в следственных изоляторах летят совсем не так, как в колониях. Правда, скорость часов в СИЗО зависит от того, в какую именно колонию суд направит человека. Если в колонию общего режима, то день засчитают за полтора. Если в колонию-поселение, то день пойдет за два.

Гуманные новшества всегда имеют обратную силу, поэтому в тюрьмах закипела работа: спецчасти поднимают дела осужденных и пересчитывают сроки тем, кому положено. Подготовленные материалы направляются в суд, так как окончательное решение за ним.

Изначально появилась информация, что под скидки попадут более 100 тысяч осужденных. Теперь заместитель главы ведомства уточнил данные.

"Новый закон коснется более 90 тысяч осужденных, уже отбывающих наказание в виде лишения свободы, - сказал Валерий Максименко. - В том числе 81,1 тысяча- в колониях общего режима и 8,1 тысяча - в колониях-поселениях. Из них 14 тысяч сразу выйдут на свободу, остальным будет сокращен срок приговора".

Он сообщил, что по состоянию на 22 августа в суды уже направлены материалы в отношении 58,7 тысячи осужденных, рассмотрено 3963 материала. 1369 осужденных вышли на свободу, 2594 снижен срок наказания. Естественно, возникает вопрос: насколько в реальности сократятся сроки для тех, кто попал под расчет? Точнее - под пересчет.

"Сложно говорить о том, сколько в среднем человек находится в СИЗО, - говорит Валерий Максименко. - Поскольку закон распространяется в основном на осужденных за нетяжкие преступления или преступления средней тяжести, которые должны раскрываться быстро, то их срок содержания под стражей относительно непродолжительный".

По его оценкам, в среднем новая норма закона может сократить сроки лишения свободы на полгода-год.

"Срок содержания в СИЗО до передачи уголовного дела в суд зависит от тяжести преступления, - подчеркнул зам главы тюремного ведомства. - Максимальный срок, если не брать особо тяжкие преступления, - до 12 месяцев".

Но это на время следствия. После передачи дела в суд до вынесения приговора срок содержания под стражей составляет до шести месяцев, но он может продлеваться.

"Таким образом, общий срок пребывания в СИЗО может составлять от нескольких месяцев до нескольких лет, в зависимости от сложности уголовного дела и других обстоятельств", говорит Валерий Максименко.

Все расчеты по тем, чьи приговоры вступили в силу до принятия нового закона, должны быть закончены в течение полугода. Но сам закон только начинает свое действие: он будет распространяться и на тех, кого суды в будущем признают виновными. Поэтому многие эксперты не раз заявляли, что новые правила - это круче, чем амнистия.

Правда, недавно глава Ассоциации защиты бизнеса Александр Хуруджи высказал опасение, что суды в будущем могут ввести в правовой оборот маленькую хитрость: тем, кто до приговора находился в СИЗО, будут назначать сроки чуть выше того, что было бы раньше, до принятия закона о коэффициентах. А после применения скидок получится то же самое, что и раньше.

Поэтому, по словам Александра Хуруджи, правозащитники в ближайшие год-два будут мониторить судебную практику: насколько изменились подходы, не выросли ли назначаемые судами сроки.

Кроме того, Ассоциация защиты бизнеса разработала онлайн-калькулятор: специальную программу по пересчету сроков осужденным. Сейчас ее изучают представители ФСИН и прокуратуры.

Воспользоваться программой смогут родственники заключенных и адвокаты, у самих заключенных доступа к интернету нет.

Расчеты будут предварительные, но программа даст человеку представление, чего ему ждать. Самое главное, сайт с калькулятором в перспективе может стать своеобразной социальной сетью для тех, кто освободился из тюрьмы и хочет влиться в нормальную жизнь, то есть устроиться на работу и жить тихо и честно. С этим у бывшего заключенного всегда возникают проблемы.

Бывшие заключенные смогут создавать аккаунты на специальном сайте и получать консультации от правозащитников, как решать свои социальные вопросы.

Представители тюремного ведомства не раз подтверждали: и они, и все общество заинтересованы в развитии таких программ. Ведь если человек не сможет встроиться в нормальную жизнь, что он будет делать? Пойдет опять совершать преступления. Поэтому в казенных домах активно действуют школы освобождения: осужденных, которым скоро выходить, учат, как жить на воле.

Первоисточник: rg.ru

 

Долгая дорога, казенный счет.

Около тысячи осужденных получили сроки до десяти суток колонии.

Неожиданный поворот судебной практики: в колонии-поселения стали поступать люди со сроками в несколько дней. Осужденный может проделать долгий путь, чтобы отсидеть... один-два дня.

Согласно судебной статистике, за год приговоры до 10 суток получили около тысячи человек. Подчеркнем: речь не об административном аресте, знаменитых 15 сутках. Нет, люди получают сроки по уголовным статьям и едут в колонии. В прошлом году в колонии-поселения прибыли 142 человека со сроками в 1 (один!) день. Еще 86 осужденных приехали в колонии на два дня. Приговоры со сроками от 3 до 10 суток получили еще 754 человека.

Первая (и почти правильная) реакция экспертов на цифры: такого быть не должно, ведь минимальный срок в Уголовном кодексе - два месяца. Да, все так. Но люди, приезжающие в колонии "до вечера", не выдумка, и, как ни парадоксально, судебной ошибки тут нет. Маленькие сроки получаются при пересчете гуманных наказаний на лишение свободы, если человек уклонился от мягкого наказания.

Допустим, ему назначили обязательные работы, он потрудился немного и исчез. Надоело по вечерам красить заборы. В таком случае уголовно-исполнительная инспекция оформит материалы для суда, и осужденному заменят наказание на более строгое, вплоть до лишения свободы.

По данным Судебного департамента при Верховном суде России, в прошлом году 16,1 тысяче осужденных обязательные работы были заменены лишением свободы. Когда суд изначально приговаривает осужденного к лишению свободы, то меньше, чем два месяца, назначить не может. Однако в данном случае лишение свободы назначается не сразу, а взамен чего-то, и при пересчете получаются совсем мизерные сроки.

Например, если человек получил 300 часов обязательных работ, из них никак не получатся два месяца колонии. Попадают в колонии также осужденные, не сумевшие (или не захотевшие) добросовестно отбыть иные альтернативные наказания: ограничение свободы, исправительные работы или оплатить штраф. В итоге за год более 6 тысяч осужденных получили срок до месяца колонии-поселения (включая ту тысячу, что приехала на срок до 10 дней). Еще 6 тысяч получили сроки от одного месяца до двух.

"Необходимо тщательно изучить ситуацию и выработать решение проблемы, а в том, что это проблема, нет сомнений, - сказал "РГ" председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев. - Вряд ли можно назвать нормальной ситуацию, когда человек, уклонившийся от отбытия альтернативного наказания, в качестве более строгой меры получает поездку за государственный счет, чтобы провести несколько дней в общежитии колонии-поселения. Здесь важно соблюсти баланс: наказание не только должно быть неотвратимым, но и способствовать исправлению и дальнейшей социализации человека. Применяемые меры должны быть законными, справедливыми и, конечно, ни в коем случае не жестокими".

Подчеркнем: людей в таком случае не берут под конвой и не везут этапом. Им выдают деньги для покупки билета на поезд, они самостоятельно его покупают, добираются до колонии-поселения, которая может быть в другом городе за несколько сотен или даже тысяч километров. Там ночуют и едут назад. Также поездом за казенный счет.

"АЮР готова предоставить свой экспертный потенциал для разработки соответствующих предложений", говорит Владимир Груздев.

Решением проблемы, как полагает член Палаты молодых законодателей при Совете Федерации Дмитрий Гулиев, может стать применение ареста. "Такое наказание предусмотрено в Уголовном кодексе, но оно является недействующим и не назначается, - поясняет он. - Возможно, стоит ввести эту норму в действие, предусмотрев, что арест назначается в тех случаях, когда срок составляет менее двух месяцев". Он подчеркивает, что все необходимо просчитать, в том числе затраты. "Применение ареста позволит достичь целей, которые преследуются при замене альтернативного наказания на более строгое, - говорит Дмитрий Гулиев. - Осужденный должен понимать, что если не выполнит условия гуманного наказания, то потом ему придется пожалеть, мягко с ним не поступят".

Есть и другое предложение: прописать в законе, что при замене альтернативного наказания на лишение свободы или принудительные работы, срок не может быть меньше двух месяцев.

В некоторых случаях при замене альтернативного наказания суды назначают осужденным принудительные работы. Это наказание начало применяться в прошлом году, его отбывают в исправительных центрах. По данным Федеральной службы исполнения наказаний, в течение 2017 года в порядке замены неотбытой части наказания в виде лишения свободы более мягким наказанием, а также замены наказания более строгим в исправительные центры для принудительных работ прибыли 45 осужденных со сроком наказания до 2 месяцев. В 2018 году (по данным на 1 мая) таких осужденных было уже 53. В том числе в прошлом году 38 осужденных получили срок принудительных работ до 1 месяца (в этом году, по данным на 1 мая - 20 человек), 13 - со сроком до 10 дней (в 2018 году, на 1 мая - 10 осужденных).

Первоисточник: rg.ru

 

Шпионские штучки.

Надо ли отменять уголовное наказание за покупку устройств для скрытой аудио- и видеозаписи.

Торгово-промышленная палата предлагает убрать из Уголовного кодекса статью 138.1 "Незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

Об этом президент ТПП Сергей Катырин сообщил агентству РИА Новости. Он напомнил, что сейчас гражданин, купивший или продавший какую-то аппаратуру, позволяющую тайно что-то записывать, может получить до четырех лет лишения свободы. На практике подсудной может оказаться даже какая-то невинная электронная игрушка.

Бывали случаи, что дело заводили на рыбаков, купивших очки со встроенной камерой. Мужчины хотели записывать удачные моменты рыбалки, когда руки, как правило, заняты удочкой. Однако вместо этого им пришлось объясняться с правоохранителями.

Известны случаи, когда на скамью подсудимых сажали за продажу GPS-трекеров для автомобилей. Некоторые такие приборы позволяют вести аудиозапись (это может пригодиться, если машину угонят). Любой владелец, да и правоохранители, безусловно, согласятся, что функция в данном случае очень полезная. Увы, сейчас устанавливать такие трекеры - риск для владельца авто, а не для воров.

По закону не важно, хотел человек кого-то разыграть, действительно собирался за кем-то следить или вообще не думал использовать шпионскую штучку, а покупал как сувенир. В любом случае, если правоохранители признают, что гаджет является средством для негласного получения информации (то есть "жучком"), гражданина осудят.

Вот лишь несколько примеров. Житель Петропавловска-Камчатского попал под статью после того, как приобрел ручку с функцией фотосъемки и записи звука. Ему грозит штраф до 200 тысяч рублей или лишение свободы на срок до четырех лет.

Жителя Приморского края оштрафовали на 50 тысяч рублей за приобретение зажигалки со встроенной видеокамерой, которую ему прислали из США. В Дагестане местного жителя приговорили к одному году лишения свободы за попытку сбыта устройства съема аудиоинформации. В Омске региональный СК возбудил дело против местной жительницы, которая установила "жучок" в автомобиле мужа, так как подозревала его в измене. Пенсионер из Новочебоксарска приобрел в интернете авторучку с функцией видеозаписи. Ему удалось избежать условного срока, подписав чистосердечное признание и заплатив штраф в 10 тысяч рублей.

По данным Судебного департамента при Верховном суде, только за шесть месяцев прошлого года по этой статье были осуждены 117 человек. Но только трое из них приговорены к лишению свободы. Остальные отделалась штрафами.

В ТПП полагают, что действующие правовые подходы усложняют создание высокотехнологичной техники, которую производят в том числе по государственным заказам.

"За это нарушение палата полагает возможным ограничиться штрафными санкциями, установленными действующей статьей 20.23 Кодекса РФ об административных правонарушениях", - считает Катырин. Максимальное наказание по этой статьей предполагает штраф в размере от 2 до 500 тысяч рублей с конфискацией техники. А главное, у человека не будет судимости.

С такой идеей согласен глава Ассоциации защиты бизнеса Александр Хуруджи.

"Для наглядности ситуации оборот спецсредств для съема информации можно сравнить с оборотом гражданского и спортивного оружия, - говорит он. - Огнестрельное гражданское оружие можно легально приобрести и использовать для совершения преступлений гораздо более тяжелых, чем те, которые можно совершить при использовании спецаппаратуры. Но при этом оборот гражданского и спортивного оружия не запрещен, а регламентирован и доступен для большинства граждан РФ".

По его словам, проблема квалификации деяний по данной статье УК РФ действительно есть, тогда как тяжесть их последствий невелика.

"В итоге мы констатируем факты, что количество таких преступлений незначительно, они отнимают достаточно ресурсов у правоохранительных органов и граждан, при этом существующий запрет не имеет социально значимого аспекта для общества, - полагает Александр Хуруджи. - Теоретически любой пользователь, скачавший в открытом доступе мобильное приложение по записи телефонного разговора, совершил действия, которые можно квалифицировать как уголовное преступление. Необходимость декриминализировать оборот специальных технических средств назрела давно".

Однако есть и другие предложения: более детально прописать статью 138.1 УК, чтобы под нее не попадали случайные люди. Соответствующий проект уже подготовлен ФСБ, недавно закончилось общественное обсуждение инициативы. Документ предлагает прописать в УК, что под специальными техническими средствами, предназначенными для негласного получения информации, понимаются "приборы, системы, комплексы, устройства, специальный инструмент и программное обеспечение для электронных вычислительных машин и других электронных устройств независимо от их внешнего вида, технических характеристик, а также принципов работы, которым намеренно приданы качества и свойства для обеспечения функции скрытного (тайного, неочевидного) получения информации либо доступа к ней (без ведома ее обладателя)".

"В настоящее время значение термина "специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации" в федеральном законодательстве не раскрыто. Цель закрепления значения указанного термина обусловлена необходимостью предупреждения преступлений, связанных с незаконным оборотом таких средств", - сообщили в ФСБ.

Сама же статья УК призвана прежде всего защитить граждан, уверены сторонники ее сохранения. Ни какой-то ЧОП, возомнивший себя службой безопасности, ни сосед по дому не вправе записывать нас тайком. По их словам, надо только конкретизировать нормы.

"Предлагаемое значение термина "специальных технических средств" является исчерпывающим и позволяет дифференцировать их от технических средств (предметов, устройств), которые по своим техническим характеристикам, параметрам, свойствам или прямому функциональному предназначению рассчитаны лишь на бытовое использование массовым потребителем, если только им намеренно не приданы нужные качества и свойства, в том числе путем специальной технической доработки, программирования именно для неочевидного, скрытного их применения", говорится в пояснительной записке к законопроекту. Предложение отменить статью (а оно звучало в отзывах на проект) ФСБ не поддержало.

Первоисточник: rg.ru

 

Без цензуры.

Цензорам в СИЗО запретят читать почту адвокатов.

Министерство юстиции РФ начало готовить поправки в закон об адвокатуре, которые выведут из-под цензуры переписку арестантов с адвокатами.

На практике нередко возникают споры, вправе ли адвокаты на свиданиях в СИЗО обмениваться с подзащитными какими-то документами и записками. Теоретически все, что написано рукой заключенного, должно проходить через цензуру в казенном доме. За исключением специально оговоренных в законе случаев.

Однако у адвоката и его клиента есть право на конфиденциальное общение, адвокатская тайна охраняется законом. Поэтому встречу защитника с арестантом никто не вправе подслушивать. Такие нормы есть в законе. При этом администрация СИЗО может наблюдать за беседой (так, чтобы голоса не долетали): на тот случай, чтобы стороны не обменялись чем-то запрещенным. Так что нередко встреча записывается на видеокамеры без микрофонов.

Если из рук в руки в комнате встреч в СИЗО перешли оружие и наркотики, ситуация однозначна, это явное нарушение закона, которое надо пресечь. А если заключенный передал записку? Сегодня адвокату не разрешат вынести такую записку из следственного изолятора. То есть на словах заключенный что-то передать через адвоката может, а черкнуть ему пару строк уже нет.

Недавно Федеральная палата адвокатов разработала и направила в Минюст России законопроект, в котором предложила особо прописать в законе о содержании под стражей, что в целях получения квалифицированной юридической помощи арестованный и его защитник в ходе свидания имеют право обмениваться записями и документами.

А письма, поступающие на имя подозреваемого или обвиняемого от защитника, согласно предложению, должны передаваться администрацией места содержания под стражей без вскрытия конверта. По словам исполнительного вице-президента ФПА РФ Андрея Сучкова, законопроект стал результатом активного обсуждения в адвокатском сообществе дисциплинарной практики о допустимости обмена документами с находящимся под арестом доверителем.

"Дискуссия получилась настолько конструктивной, что в подготовке текста приняли участие противостоящие друг другу в дебатах стороны, понимая важность формирования нормативного правила, позитивно влияющего на адвокатскую профессию, и реализации конституционных положений об оказании квалифицированной юридической помощи", - отметил он.

Тем не менее пока минюст выбрал другое решение. Как сообщают в ведомстве, готовящимися поправками предлагается установить общий запрет на цензуру переписки подозреваемого и обвиняемого с адвокатом. Исключением будут ситуации, когда у правоохранителей есть основания полагать, что в переписке могут обсуждаться незаконные вещи. Например, как надавить на свидетелей или кого-то подкупить.

"Крайне важен сделанный Минюстом России акцент на то, что законопроект идет в русле рекомендаций Комитета ООН против пыток в части обеспечения задержанным быстрого доступа к адвокату", - сказал Андрей Сучков.

Глава Ассоциации безопасности бизнеса Александр Хуруджи заметил, что предложенные правки будут способствовать некоторому облегчению в получении юридической помощи лицу, содержащемуся под стражей. "Новелла лежит в русле общей политики государства на декриминализацию правонарушений и поможет сделать первичную юридическую помощь задержанным лицам более оперативной и доступной", - сказал он.

Первоисточник: rg.ru

 

Жалобам заключенных назовут цену.

Минюст РФ готовит закон о компенсациях за ненадлежащие условия содержания под стражей.

Минюст России намерен до конца года внести в Госдуму законопроект о компенсациях за ненадлежащие условия содержания заключенных. Размер компенсаций будет определять суд, однако в Минюсте надеются, что суммы будут соответствовать нормам Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Чиновники прямо говорят, что документ призван остановить поток жалоб от российских зеков в Страсбург. При этом государственные органы, которые заплатят компенсации за ненормативные условия содержания, получат право регрессных исков к должностным лицам, допустившим нарушения.

Законопроект, разработанный Минюстом России, вводит новую статью 17.1 (право на компенсации за нарушение условий содержания под стражей) в федеральный закон №103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также статью 12.1 (право на компенсации за нарушение условий содержания в исправительных учреждениях) в Уголовно-исполнительный кодекс РФ. Тексты статей практически идентичны. В них говорится, что компенсация присуждается «исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих».

При этом органы, исполняющие решение суда, имеют право подать регрессный иск к органу или должностному лицу, по вине которого допущены нарушения условий содержания. А в Кодекс административного судопроизводства РФ планируется ввести статью с описанием механизма подачи и рассмотрения иска от заключенных на условия содержания. Текст законопроекта размещен на федеральном портале проектов нормативных актов. Вероятно, он будет еще дорабатываться: документ был подготовлен в конце 2015 года.

«Мы работаем над тем, чтобы до конца этого года закон поступил в Госдуму РФ»,— сообщил заместитель министра юстиции РФ Михаил Гальперин на заседании Комитета против пыток ООН на прошлой неделе. Он пояснил, что в законопроекте не говорится о размере компенсации, суммы будут устанавливать судьи: «Я как уполномоченный РФ в ЕСПЧ как никто заинтересован в том, чтобы эти компенсации соответствовали тому уровню компенсаций, который в том числе принят в практике ЕСПЧ». Он подчеркнул, что если российские компенсации будут кардинально отличаться от стандартов ЕСПЧ, то поток жалоб в Страсбург продолжится и закон не будет работать. «Мы настроены на то, чтобы этот закон работал»,— сказал заместитель министра.

Суд признал системными нарушения условий содержания в российских местах лишения свободы и рекомендовал России разобраться с проблемой. Также ЕСПЧ признал, что заключенные в России не могут защитить в судах свои права, и отметил, что истцы могут сразу подавать жалобы напрямую в Страсбург, минуя российские инстанции, пояснил “Ъ” юрист правозащитного фонда «Общественный вердикт» Николай Зборошенко. Он выразил сомнение в том, что новая норма заработает. «Раньше заключенные тоже могли подавать жалобы на условия содержания — в рамках административного и гражданского судопроизводства. Однако суды обычно им отказывали, принимая объяснения сотрудников ФСИН и МВД о том, что у них все в норме. У нас бремя доказательства лежит на истцах, в то время как ЕСПЧ требует доказательства от ответчиков»,— пояснил господин Зборошенко. Он отметил, что пилотное постановление ЕСПЧ подчеркивает, что объяснения сотрудников МВД и ФСИН не могут рассматриваться в качестве первичных документов:

Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова заявляла в начале года, что большинство жалоб к ней приходит от заключенных, и условия содержания являются главной темой писем. А в 2017 году Счетная палата РФ, проверив ФЦП «Развитие УИС на 2007–2016 годы», пришла к выводу, что цель программы по приведению условий содержания заключенных в соответствие с законодательством РФ не достигнута. В качестве последствий Счетная палата РФ указала рост количества жалоб заключенных на условия содержания: с 2007 по 2016 год число удовлетворенных ЕСПЧ жалоб выросло в 28,5 раза. Например, летом 2017 года ЕСПЧ вынес решение по делам 152 российских заключенных, жаловавшихся на плохую освещенность, насекомых, грязь и холод. Так, Юрий Тихонов заявил, что в астраханской ИК-2 он находился в помещении с четырьмя туалетами на 165 человек, при этом на человека приходилось 1,33 кв. м площади. ЕСПЧ назначил ему выплату в €8750. Одну из самых больших выплат — €23,3 тыс.— ЕСПЧ присудил Александру Матвейчуку. Тот провел семь лет в ЛИУ-8 Ставропольского края, где туалет и душ с холодной водой были на улице.

Между тем Минюст РФ в своем отчете за 2017 год о выполнении постановления ЕСПЧ указывает, что российские суды начали назначать компенсации. В документе говорится, что в 2016 году суды рассмотрели около 4,4 тыс. дел о возмещении материального и морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания в СИЗО и исправительных учреждениях. 2,8 тыс. исков было удовлетворено, общая сумма назначенных компенсаций составила 61 млн руб., что составляет примерно 22 тыс. руб. на человека.

Первоисточник: kommersant.ru

 

Из тюрем освободят попавших под новый закон: тысячи выйдут раньше срока.

Заместитель директора ФСИН: «Процессом перерасчета займется суд».

Выстраданный и столь долгожданный закон «день за полтора» (день пребывания в СИЗО засчитывается за полтора дня в обычной колонии и два — в колонии-поселении) вступил в силу. Но где первые освободившиеся благодаря перезачету? Почему мы о них не слышим? Есть ли они вообще?

Осужденные и их родственники одолевают сотрудников колоний вопросом: кто и как пересчитает дни за решеткой? Московские судьи впадают в ступор, когда на объявлении приговора теперь очередной подсудимый просит учесть проведенное в СИЗО время по новым правилам и выпустить «по отбытии срока». Выходит, закон не работает?..

Обо всем этом — наша беседа с заместителем директора ФСИН России, юристом Валерием МАКСИМЕНКО.

— Валерий Александрович, все-таки правда, что закон так долго не принимали в том числе потому, что ФСИН была против него?

— ФСИН публично не высказывалась по поводу проекта этого документа. Сейчас, когда он принят, могу вас заверить, что руководство пенитенциарной системы считает его важным достижением, шагом в сторону гуманности. Директор ФСИН постоянно подчеркивает, что в СИЗО находятся люди, которые еще не признаны виновными. По факту же условия в изоляторах хуже, чем в колониях. Человек в СИЗО не может выходить из камеры, работать, заниматься творчеством и т.д. В то время как в колонии осужденный живет в отряде, свободно перемещается по территории, может трудиться, посещать клуб, заниматься спортом и многое другое. Сейчас даже в колониях строгого режима по факту жить легче, чем в СИЗО. Правда, новый закон не распространяется на тех, кто отбывает наказание в колониях строгого и особо строгого режима, а также на пожизненно осужденных.


— Скольких осужденных, по примерным подсчетам, коснется закон?

— Сейчас в учреждениях УИС отбывают наказание 487,7 тыс. человек, из них подпадают под действие закона около 100 тыс. Получается, что каждый пятый.

— Но почему так мало? Ведь каждый второй заявляет, что до приговора провел хотя бы какое-то время в СИЗО!

— Как я уже говорил, действие закона не распространяется на некоторые виды исправительных учреждений (он касается только колоний общего режима, воспитательных и колоний-поселений). Не подпадают под него также лица, осужденные за преступления террористического характера, связанные с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ в крупном и особо крупном размерах, против основ конституционного строя, а также сопряженные с осуществлением террористической деятельности.

— Много ли женщин будет отпущено?

— Точной статистикой пока не располагаем. Вообще в местах лишения свободы содержатся 38,9 тыс. женщин, которым судом назначено отбывание наказание в ИК общего режима и колониях-поселениях. То есть теоретически все они могут надеяться на перезачет при условии, что содержались в СИЗО. Но имейте в виду, что самая жесткая мера пресечения — заключение под стражу — в отношении женщин сегодня выбирается редко. Потому многие до приговора были дома.

— Подпадает ли под действие закона известная арестантка Варвара Караулова?

— Караулова хоть и отбывает наказание в ИК общего режима, но осуждена по статьям террористического характера. Так что данный федеральный закон на нее не распространяется.

— Вы говорите, что пересчет коснется примерно 100 тысяч человек. Все ли они выйдут на свободу?

— Нет, так как в соответствии с новым федеральным законом у части осужденных будет просто смягчено наказание в виде снижения срока. Непосредственно же освобождению подлежит, по нашим предварительным подсчетам, около 14 тыс. человек.

— Есть ли уже «первые ласточки», отпущенные на свободу?

— Пока никого не выпустили. Закон вступил в силу только 14 июля, нужно какое-то время для его реализации.

— А как вообще идет процесс перерасчета? Кто этим занимается?

— Суд. Есть два варианта, как он это делает: по ходатайству осужденного либо по представлению учреждения, исполняющего наказание.

— Правильно ли я поняла, что автоматического перерасчета не будет? И вот еще вопрос: обязана ли администрация учреждения рассказать всем осужденным об их праве на перерасчет?

— Абсолютно точно вам говорю: в отношении всех осужденных, подпадающих под действие федерального закона, приговоры будут пересмотрены. Если человек сам не пишет ходатайство в суд (отказывается по какой-то причине), то это все равно сделаем мы. Администрация исправительного учреждения обязательно подготовит необходимые материалы и отправит их Фемиде.

Что касается доведения до осужденных их прав, связанных с реализацией этого федерального закона, то ФСИН дала соответствующее распоряжение всем регионам. Процесс уже начался. Колонии разъясняют арестантам права, собирают документы для суда. В некоторых регионах уже отправили материалы, и слово осталось только за судьями.

— А не получится ли так, что о ком-то из осужденных забудут, и человек будет продолжать сидеть, хотя мог бы уже оказаться на свободе?

— Надеюсь, что нет. Вообще вся эта работа по выявлению лиц, подпадающих под действие закона, — большая нагрузка на сотрудников ФСИН. Но они к этому готовы.

— Валерий Александрович, а каков средний срок пребывания в СИЗО? Раньше ФСИН называла 1,5–2 года. Может быть, он уменьшился?

— По закону человек может находиться максимум 18 месяцев под стражей на период предварительного расследования до передачи уголовного дела в суд. Плюс еще со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора — до 6 месяцев. Но впоследствии этот срок может неоднократно продлеваться судом, так что ограничений, увы, по факту нет. Официальной статистики о среднем сроке содержания под стражей ФСИН России не ведет. Но действительно мы знаем о случаях, когда люди до приговора сидят в СИЗО и по три года, и больше.

Первоисточник: mk.ru

 

Взвесить все "против".

По новому закону создаются отдельные суды для обжалования приговоров и решений.

Начинается масштабнаясудебная реформа, в корне меняющая систему проверки судебных решений. Госдума приняла закон, создающий в судах общей юрисдикции отдельные кассационные и апелляционные суды. Если раньше дело могло пройти несколько этапов в одном и том же суде, теперь каждый раз новая стадия будет означать, что процесс переезжает в другой суд. Иногда даже в другой регион.

Планируется создать десять кассационных судов, включая один кассационный военный суд, и шесть апелляционных судов, включая один апелляционный военный суд. Подробности реформы рассказал в эксклюзивном интервью "РГ" председатель Комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников.

Павел Владимирович, расскажите вкратце, что изменится?

Павел Крашенинников:Принятым законом апелляционная и кассационная инстанции будут выделены в отдельные экстерриториальные суды. В таком случае рассмотрение апелляционных и кассационных жалоб на судебные акты не будет осуществляться в том же суде, который рассматривал дело в первой инстанции. Эти изменения направлены на обеспечение независимости и самостоятельности судебных инстанций, снижение коррупционных рисков.

А как происходит сейчас и будет происходить еще какое-то время?

Павел Крашенинников: В системе судов общей юрисдикции действуют мировые судьи, районные суды, суды субъектов РФ. Все они в рамках своей компетенции рассматривают дела по первой инстанции, то есть в полном объеме. В том числе Верховный суд Российской Федерации - по определенным категориям дел.

Вынесенное ими решение по закону можно оспорить в следующей инстанции - апелляционной. Для районных судов апелляционной инстанцией являются областные суды. Если апелляционное определение областного суда участники процесса сочтут несправедливым, то могут обратиться в следующую инстанцию - с кассационной жалобой. Ее будет рассматривать президиум того же областного суда. И хотя в апелляционной и кассационной коллегиях свои отдельные составы, но находятся они в одном суде, под одним председателем, с теми же сотрудниками аппарата суда. То есть возможны разные искушения.

Но почему считаете, что предлагаемая система будет работать лучше? Кто-то проверял?

Павел Крашенинников: Подобную реформу мы проводили в системе арбитражных судов, и она дала положительный эффект. Судебные инстанции там функционируют в качестве отдельных судов.

Как реформа защитит права граждан, как повысит независимость и справедливость правосудия?

Павел Крашенинников: Судебные инстанции в системе общей юрисдикции будут выделены в обособленные суды по экстерриториальному принципу. Будут созданы отдельные суды со своим аппаратом, судьями, председателем. При этом для председателей судов общей юрисдикции и их заместителей мы ограничили сроки полномочий, по аналогии с арбитражной системой - они смогут быть назначены на должность не более двух раз подряд. Это изменение также направлено на повышение независимости при вынесении судебных решений.

Новые апелляционные и кассационные суды будут действовать в пределах соответствующих судебных округов. Каждый судебный округ включает в себя несколько регионов. Таким образом мы снижаем не только коррупционные риски, но и влияние региональных связей.

По какому принципу выбиралось место расположения новых судов?

Павел Крашенинников: Вопрос размещения новых судов долго прорабатывался, согласовывался. Учитывались региональные особенности, экономическая и судебная активность в субъектах РФ.

А также транспортная составляющая и наличие юридических школ для подготовки кадров. тот вопрос обсуждался в ходе работы над законопроектом. В результате для кассационных судов были выбраны: Саратов, Москва, Санкт-Петербург, Краснодар, Пятигорск, Самара, Челябинск, Кемерово, Владивосток. А для апелляционных: Москва, Санкт-Петербург, Сочи, Нижний Новгород, Новосибирск.

Не возникнет ли у граждан проблем в связи с тем, что теперь за правдой придется далеко ездить, ведь вышестоящие инстанции будут расположены в других регионах. А дорога дело дорогое.

Павел Крашенинников: Этот вопрос обсуждался в ходе работы над законопроектом. В итоге был принят ряд мер, обеспечивающих гарантии сохранения доступности правосудия после проведения реформы. В законе устанавливается возможность образования в составе суда постоянного судебного присутствия, расположенного вне места постоянного пребывания суда, но осуществляющего его полномочия. Это повысит доступность правосудия для лиц, находящихся или проживающих в отдаленных местностях. Кроме того, решением проблемы является применение в судах видеоконференцсвязи.

Когда обновленная система заработает?

Павел Крашенинников: Изменения потребуют серьезной перестройки судебной системы. Устанавливается срок на создание новых судов, формирование состава, аппарата, передачу им дел - до 1 октября 2019 года. Но председатели должны быть назначены в течение ближайших трех месяцев - до 15 октября 2018 года. Именно на них возложена основная нагрузка по формированию новых судов, подготовке их к работе, чтобы новая система заработала без сбоев.

Кассационные и апелляционные суды будут считаться образованными с того момента, когда назначат не менее половины от установленной численности судей. Но начнут свою деятельность после принятия решения Пленумом Верховного Суда РФ и официального извещения об этом не позднее 1 октября 2019 года. До этого апелляционные и кассационные жалобы будут рассматриваться теми же судами, которыми рассматриваются в настоящее время.

Первоисточник: rg.ru


 

Трезвые правила.

Сотрудников СИЗО будут регулярно проверять на наркотики.

Совет Федерации одобрил проект закона о службе в уголовно-исполнительной системе. Помимо прочего новый закон предусматривает, что сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний, в том числе персонал СИЗО и колоний, будут регулярно проходить проверки на употребление наркотиков и алкоголя.

В целом, как ясно из названия, закон детально прописывает порядок прохождения службы в тюремном ведомстве. С сотрудниками ведомства будут заключаться контракты. Для новичков вводятся испытательные сроки от двух до шести месяцев. На некоторые должности в тюремном ведомстве назначать будут по конкурсу. Причем в состав конкурсных комиссий смогут войти члены общественных советов при ФСИН и региональных управлениях службы.

Правозащитники смогут с помощью приборов замерять микроклимат в помещениях казенных домов

Кроме того, закон устанавливает норму о возможности ротации начальников региональных управлений ФСИН по истечении шести лет пребывания на замещаемой должности, уточняется в законопроекте. Такой сотрудник "может быть переведен в порядке ротации" на "иную равнозначную должность в другую местность".

Как пояснил председатель комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Василий Пискарев, в целом многие положения закона повторяют те нормы, которые уже действуют для полицейских.

"Закон носит комплексный характер и систематизирует права и обязанности сотрудников уголовно-исполнительной системы, запреты и ограничения, связанные с их службой в системе, социальные гарантии от государства, вопросы служебного времени и отдыха", - отметил он.

Кроме того, Совет Федерации одобрил разработанные министерством юстиции поправки в закон об общественном контроле в местах принудительного содержания. Речь об общественных наблюдательных комиссиях, которые вправе проверять казенные дома.

Как рассказывают в минюсте, инициатива расширяет перечень мест принудительного содержания, устанавливает порядок осуществления членами общественных наблюдательных комиссий кино-, фото- и видеосъемки в местах принудительного содержания и проведения бесед с лицами, находящимися в них.

Общественные наблюдатели смогут также использовать измерительные приборы для контроля микроклимата в жилых и производственных помещениях казенных домов.

Первоисточник: rg.ru

 
Контакты